Цивилизация
В Бельгии новое правительство приступило к исполнению своих обязанностей после самого продолжительного политического кризиса в истории королевства. В течение 653 дней в стране действовало временное правительство, а партии в парламенте никак не могли договориться о формировании коалиции.
Кризис завершился 1 октября, когда новый кабмин и премьер-министр были приведены к присяге. Возглавил правительство Александр де Кроо из партии «Открытые фламандские либералы и демократы», до этого он занимал пост министра финансов. Его кандидатуру одобрили все представители новой правящей коалиции в парламенте, в которую вошли семь политических партий.
При этом в коалицию не вошли две правые фламандские партии — «Новый фламандский альянс» (НФА) и «Фламандский интерес», — хотя именно они стали победителями прошлогодних парламентских выборов. Их недопуск к формированию кабмина — событие достаточно знаковое, но предсказуемое: за год партиям так и не удалось найти союзников.
Коалиционные проблемы
Дело в том, что политическая система федеративного королевства имеет один неприятный пункт — правящая коалиция обязательно должна включать партии южного франкоязычного региона Валлонии и северной нидерландоязычной Фландрии. Общенациональных партий в Бельгии нет, а крупная победа в одной из частей королевства не избавляет от необходимости поиска партнеров в другой.
В итоге НФА и «Фламандскому интересу» не удалось найти необходимую поддержку.
Переговоры по созданию коалиции постоянно заходили в тупик, так как остальные партии отказывались от взаимодействия с фламандскими радикалами — это касается партий традиционного политического спектра на всей территории королевства.
Выходом из кризиса стало формирование правящей коалиции из семи партий, которая уже получила название «Вивальди» за партийные цвета — олицетворяющие четыре сезона и перекликающиеся с известным произведением композитора «Времена года».
Так, красный цвет — социалистические партии Валлонии и Фландрии, оранжевый — «Христианские демократы и фламандцы», синий — либеральное «Реформаторское движение» из Валлонии и «Открытые фламандские либералы и демократы», зеленый — валлонская «Эколо» и фламандские «Зеленые!».
Усадить семь партий за стол переговоров удалось еще в августе, к концу сентября они достигли соглашения. Однако это не снимает проблему популярности НФА и «Фламандского интереса».
В настоящее время расстановка сил в парламенте следующая: «Новый фламандский альянс» — 25 мест, социалисты — 20, правые из «Фламандского интереса» — 18, Реформистское движение — 14, зеленые из «Эколо» — 13. По 12 мандатов у партий «Христианские демократы и фламандцы», «Открытые фламандские либералы и демократы» и левых из Партии труда Бельгии.
Кроме того, фламандские социалисты занимают 9 мест, «Зеленые!» — 8 мандатов, «Гуманический демократический центр» — 5 мест, а социал-либералы из «Вызова» имеют 2 мандата.
Как заявил в беседе с «Газетой.Ru» старший научный сотрудник Отдела исследований европейской интеграции Института Европы РАН Петр Осколков,
создание коалиции «Вивальди» — не самый логичный вариант из всех возможных.
«Она не предоставляет место в правительстве крупнейшей парламентской партии Бельгии и одновременно крупнейшей партии Фландрии — «Новому фламандскому альянсу». Таким образом коалиция не получает большинства во фламандской части федерального парламента. Исходя из этого можно предположить, что существенная часть решений правительства не будет поддержана НФА, а также партией «Фламандский интерес». Это поднимает вопрос о долговечности коалиции и сформированного правительства», — отметил эксперт.
Скорее всего более предпочтительным было бы создание коалиции под названием «Аризона», продолжил Осколков, в нее вместо «зеленых» партий входил бы НФА, но в итоге этот сценарий не был реализован. Основная причина заключается в сопротивлении валлонских социалистов: архитекторы коалиции требовали включение обеих социалистических партий королевства.
Острая необходимость
Новое правительство в Бельгии было сформировано очень вовремя, учитывая, что в последнее время страна испытывала трудности из-за ограниченных полномочий временного кабмина. В особенности это проявилось на фоне пандемии коронавируса COVID-19, так как страна существовала без полноценного проекта бюджета.
Весной этого года, в период наиболее острого всплеска эпидемии, кабмину пришлось предоставить чрезвычайные полномочия, чтобы начать серьезную борьбу с распространением вируса на территории королевства. Однако это не закрыло вопрос с бюджетом, да и одна важная деталь осталась без возможности согласования — участие Бельгии в восстановлении экономики при поддержке Евросоюза.
Вероятно, это обстоятельство стало одной из главных причин усиления переговоров по выходу из политического кризиса в середине лета, когда ЕС уже предварительно согласовал создание фонда на €750 млрд для восстановления экономики стран объединения, пострадавшей во время пандемии. Поскольку временное правительство не имеет полномочий для утверждения соответствующей программы.
Интересный момент заключается в том, что новый кабмин был приведен к присяге 1 октября, одновременно с началом внепланового саммита ЕС, где лидеры стран объединения как раз обсудили вопросы, связанные с экономической поддержкой внутри Евросоюза.
Как отмечает ТАСС, немалую роль в столь резком завершении кризиса сыграл экс-премьер Бельгии, а ныне глава Евросовета Шарль Мишель. По версии источников агентства, политик оказывал неформальное давление на политические круги Бельгии для урегулирования политических проблем к саммиту ЕС — в особенности для участия страны в программе по спасению экономики.
Вопрос с формированием полноценного правительства, очевидно, требовал завершения, потому что не мог существовать постоянно, уверен Петр Осколков. Прошлый кабмин под управлением Софи Вильмес из «Реформаторского движения», пришедшей на смену Мишелю, в известной степени был так называемым правительством текущих дел.
«Вильмес официально принесла присягу как премьер-министр, но кабмин был наделен новыми полномочиями только в условиях коронакризиса. Правительство в любом случае воспринималось как временное, в нем существовали большие проблемы с принятием решений», — подчеркнул эксперт.
Вынужденный премьер
С учетом всех переменных главный вопрос для Бельгии заключается в том, как долго продержится новое правительство. Помимо противоречий с НФА и «Фламандским интересом», ему необходимо решить ряд важных проблем, в первую очередь социальных, которые до сих пор занимают первостепенное значение для бельгийского общества.
Немалая роль в этом отводится премьеру де Кроо, которому предстоит руководить кабмином составленным из семи партий.
44-летний политик стал первым фламандским премьером с 2011 года. При этом он свободно говорит на французском языке — что достаточно важно для главы правительства Бельгии.
К слову, де Кроо отчасти поспособствовал запуску прошлого политического коллапса в королевстве. Десять лет назад партия «Открытые фламандские либералы и демократы» под его руководством покинула правительство, что привело к его развалу. Впоследствии в течение 589 дней в стране действовало временное правительство.
Пока рано говорить, приведет ли де Кроо страну к новому политическому кризису. Как пишет Politico, его назначение выглядит скорее вынужденным. По словам обозревателя издания Барбары Моэнс, партия премьера занимает лишь четвертое место по популярности в коалиции, и более выгодной кандидатурой выглядел валлонский социалист Поль Магнетт — как представитель крупнейшей партии в «Вивальди». Однако кандидатура де Кроо устроила все партии, когда против Магнетта выступали валлонские либералы.
Впрочем, популярность партии лишь небольшая часть проблем нового премьера. По факту в правящей коалиции уже наметились ряд идеологических противоречий, которые де Кроо предстоит урегулировать для поддержания целостности системы. В частности, каждая из семи правящих партий внесла свой список желаний по бюджету: «зеленые» хотят больше денег на борьбу с климатом и отказ от атомной энергетики, социалисты требуют более высоких минимальных пенсий, а либералы стремятся избежать новых налогов.
С точки зрения Петра Осколкова, де Кроо — достаточно опытный политик, а его партия «Открытые фламандские либералы и демократы» обладает определенной популярностью в Бельгии — она как минимум несколько раз входила в правящую коалицию королевства. «Я бы не сказал, что фигура де Кроо выбрана неудачно», — резюмировал эксперт.
