Цивилизация
Бэтмен в отставке Брюс Уэйн (Кристиан Бэйл) отшельником готовится достойно встретить старость в своем поместье. Спина побаливает, колено подводит, по собственной инициативе героя его вторая личина объявлена злодеем века, а Готем-сити в почти окончательной победе над преступностью вдохновляется обеленным образом покойного прокурора. Причастный к этой дезинформации комиссар полиции Джеймс Гордон (Гэри Олдмен) неохотно хранит тайну. Преданный дворецкий Альфред (Майкл Кейн) не теряет надежды увидеть Брюса где-нибудь во Флоренции с женой и детьми. Конец мирной эпохи обозначает горничная (Энн Хэтэуэй), которая крадет у Уэйна ожерелье, а заодно и отпечатки пальцев. Скоро, как в первой части, прозвучат слова: «Буря грядет».
В третьей и, как многие полагали, заключительной серии перезапущенной режиссером Кристофером Ноланом саги о Бэтмене герою противостоят силы, представленные на старте трилогии.
Террорист Бэйн (Том Харди) собирается претворить в жизнь идеи и довести до конца план Раса аль Гула, учителя Брюса Уэйна и лидера «Лиги теней», которому не удалось уничтожить Готем в картине «Бэтмен. Начало».
Построенный на лжи во спасение мир оказывается уязвим для популиста с бомбой, который обвиняет богатых в захвате города, обещает отдать власть простым жителям и сеет хаос под видом установления институтов самоуправления.
Здесь многие усмотрели критическую отсылку к движению Occupy Wall Street.
Сам Нолан от политических трактовок открещивается, но
в противостоянии порядка с энергией разрушения ставит на выходящую за рамки закона силу, которая в правде. И в уродливой летающей боевой машине, конечно.
Верный себе Нолан растягивает хронометраж пафосными монологами о противлении злу силой, а голову Марион Котийар (она играет миллиардершу под стать Уэйну) — заточенной под гигантские экраны картинкой. Адепты хаоса при этом, как ни крути, выходят более интересными, но это привычный расклад. Злодеи разнообразны и ярки в своей экзальтированности.
В первой части это были уже помянутый Рас аль Гул (элегантного ницшеанца играл Лайам Нисон) и патологический психиатр Крейн, он же Пугало (герой Киллиана Мерфи появляется и в новом фильме). Затем состоялся бенефис Хита Леджера в роли Джокера в «Темном рыцаре». Теперь все внимание достается бритоголовому Тому Харди в закрывающей половину лица маске-респираторе: его Бэйн прекрасен от складок загривка до дубленки, накинутой на широкие плечи и демонстративно несгибаемую под пулями и взрывами спину. Плюс Энн Хэтэуэй, героиня которой даже немного оживляет утопающего в собственном драматизме героя Бейла.
Героям всегда нелегко на таком фоне: они вынуждены серию за серией возвращаться к превращаемым в рутину действиям, жестам, выражениям лица и фразам.
И если ты не обладаешь харизмой Роберта Дауни-младшего, тягаться с представителями оси зла в артистизме тяжело. Представляющие различные комиксовые вселенные альтер-эго Бэтмена и Железного Человека схожи:
и Брюс Уэйн, и Тони Старк не обладают сверхспособностями, но компенсируют это работой над собой.
Оба миллиардеры и филантропы, оба для достижения превосходства над врагом используют технологии. Но Брюс Уэйн, подобно советскому разведчику, жизнь плейбоя лишь имитирует, а машины и гаджеты получает, обращаясь за помощью к чужому инженерному гению. В то время как Тони Старк получает искреннее удовольствие от кутежа и все изобретает сам. Есть в каждом из них что-то от Джеймса Бонда, но если бы был выбор, то кто бы предпочел пафосного зануду в черном костюме мыши остроумному цинику с ядерным мотором в груди?
Выход фильма был омрачен событиями в городе Аврора, штат Колорадо, где в ночь премьеры человек с оружием вошел в зал и расстрелял зрителей, убив 12 человек и ранив 58. В фильме Питера Богдановича «Мишени», снятом в ответ на реальные события 1966 года (техасский снайпер-студент убил 16 и ранил 32 человека), убийца расстреливал из проекторной посетителей drive in — кинотеатра, в котором смотрят фильмы, не покидая машину. На экран в это время проецировался хоррор с Борисом Карлоффом. Нестрашные, по словам самого героя Карлоффа, ужастики сталкивались с реальным кошмаром нового времени. Стрелок в фильме Богдановича не выбирал сеанс — так совпало (вернее, так придумал режиссер).
Убийца из Авроры, по всей видимости, сам срежиссировал свое преступление по законам жанра.
Выбрал тематически подходящее событие, заминировал квартиру — шоу готово. До конца, правда, не пошел, а сдался без боя полиции.
Вряд ли этот случай требует культурологического разбора. Рассуждения о связи массовой культуры с подобными преступлениями давно превратились в постмодернистскую игру в бисер: 15 минут славы, компьютерные игры-стрелялки, потеря связи с реальностью — любые умозрительные и принципиально недоказуемые построения и умозаключения представляются неуместными.
