Игра «камень--ножницы--бумага» (КНБ), немудреные правила которой всем известны с детства, на поверку оказывается не такой простой, как кажется. С этим фактом согласятся не только члены Международного общества игроков в КНБ, организующего отборочные туры и ежегодные международные чемпионаты, но также биологи, обнаружившие КНБ-последовательность в сценариях полового отбора в популяциях юта (пятнистых ящериц семейства игуановых), и специалисты по искусственному интеллекту, вообще неравнодушные ко всякого рода играм.
Среди последних КНБ рассматривается как простой и удобный игровой полигон для обкатки самообучающихся алгоритмов.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3630341",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"uid": "_uid_3704001_i_1"
}
Если под преимуществом понимать овладение вполне реальными ресурсами, рыночными активами или критически важной информацией (в ситуации, скажем, военного конфликта и вообще любого конфликта интересов), станет понятной настоящая цена вопроса, если эффективный универсальный алгоритм, уверенно обыгрывающий человека в КНБ, когда-нибудь будет разработан.
В этом смысле КНБ не столько полигон для испытаний компьютерных экспертных систем, умеющих отгадывать чужие намерения, прогнозировать будущее и принимать эффективные решения, сколько фундаментальная проблема, решения которой могут оказаться важными для понимания принципов работы человеческого интеллекта.
Вполне логично, что наряду со спортсменами, биологами и программистами к этой игре проявила интерес группа нейрофизиологов и специалистов по когнитивной психологии с факультета наук о мозге Университетского колледжа Лондона во главе с профессором Ричардом Куком. В серии простых и наглядных экспериментов, результаты которых опубликованы в Proceedings of the Royal Society B, им удалось выяснить, что
играющие в КНБ склонны к бессознательному копированию жестов оппонентов, повышающему шансы на ничью даже при условии, если участникам игры ничейный результат явно невыгоден.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3594461",
"incutNum": 2,
"repl": "<2>:{{incut2()}}",
"uid": "_uid_3704001_i_2"
}
В полном согласии с теорией вероятности доля ничейных исходов в полностью слепом раунде, когда игроки не видели жестов друг друга, составила примерно ⅓ от всех результатов. А вот в полуслепом раунде, когда один из игроков мог видеть жесты другого, доля ничейных исходов (даже с учетом статистической погрешности) явно выросла, составив почти 37%. Иначе говоря,
«зрячие» игроки начинали спонтанно копировать жесты «слепых» в момент выбрасывания комбинаций, хотя ничейные исходы явно противоречили их интересам.
Ход игры тщательно документировался, что позволило точно локализовать во времени моменты этих имитаций.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3696253",
"incutNum": 3,
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_3704001_i_3"
}
«С момента нашего рождения», указывает Ричард Кук, «мы постоянно сталкиваемся с ситуациями, когда те или иные действия порождают ответную предсказуемую имитацию этих действий. Самый простой пример — родители, которым трудно удержаться от имитации ужимок новорожденных: они начинают так же улыбаться, гукать, высовывать язык, пускать слюни и т. п., когда смотрят на своих чад».
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3671229",
"incutNum": 4,
"repl": "<4>:{{incut4()}}",
"uid": "_uid_3704001_i_4"
}
Эксперименты, подобные вышеописанным, однозначно указывают, что бессознательный алгоритм копирования, прописанные в нашем «биосе», всегда вносит искажение в процесс и результаты нашей интеллектуальной деятельности, направленной, в том числе, на достижение конкурентных преимуществ перед другими членами сообщества.
В таком случае самообучаемые алгоритмы, учитывающие сознательно не контролируемые, но предсказуемые аберрации человеческого поведения (а в игре КНБ обнаруженная аберрация точно предсказуема), научатся, используя эту брешь, эффективно предсказывать человеческое поведение в ситуации игры и рано или поздно могут получить объективное конкурентное преимущество над людьми, имитирующими поведение друг друга даже во вред себе.
