Цивилизация
Дмитрий Медведев в беседе с руководством трех крупнейших российских телеканалов сделал в пятницу несколько принципиальных политических заявлений, вступив в полемику с Владимиром Путиным. Премьер итоги года подводил неделю назад в четырехчасовом телемарафоне «Разговор с Владимиром Путиным».
Первый раз Медведев остро высказался с подачи самого расслабленного из трех интервьюеров, гендиректора НТВ Владимира Кулистикова. Кроме него разговаривать с президентом были приглашены гендиректоры Первого канала Константин Эрнст и ВГТРК Олег Добродеев. «Можно я не про ЖКХ, а про МБХ?» — сказал Кулистиков и попросил президента высказаться по перспективам второго дела «как юриста и человека».
«Я как президент скажу: ни президент, ни любое другое лицо на госслужбе не имеет права высказывать свою позицию до момента вынесения приговора», — заявил Медведев.
Последним «другим лицом» был Путин, который во время «Разговора с...» заявил, что Ходорковский, как человек, который был признан судом виновным в мошенничестве и хищениях, как вор, «должен сидеть в тюрьме». Премьер подчеркнул, что в своей оценке исходит из того, что «преступление Ходорковского в суде доказано». Правда, потом он уточнил, что имел в виду решение по первому делу, однако это было сказано в куда более камерной аудитории — на пресс-конференции по окончании разговора.
Отвечая на тот же вопрос «как юрист», Медведев сказал, что если у кого-то на руках есть доказательства того, что инкриминируемые Ходорковскому и Платону Лебедеву деяния «совершались всеми бизнесменами», то «приносите мне (или генпрокурору, что более естественно) — будем работать».
В вопросе была просьба к Медведеву высказаться по делу Ходорковского и «как человеку», но до этого не дошло.
Президент высказался и еще по одному резонансному вопросу, затронутому Путиным. Говоря о «других перспективных политиках» кроме себя и премьера, которых он считает серьезными и известными, может быть, даже соперниками, Медведев сказал с улыбкой: «Хочу сделать официальное заявление: такие люди есть. Я без иронии говорю (тут президент улыбнулся еще шире) — например, лидеры парламентских фракций.
И есть Касьянов, Немцов, Лимонов, Каспаров — это тоже публичные политики. К ним по-разному относятся, но они тоже политики».
«Но главный ресурс — это ресурс талантливых людей, там находятся будущие президенты и премьеры», — резюмировал президент.
Путин во время своего эфира высказался об оппозиции самым резким образом. Отвечая на вопрос зрителя, «чего на самом деле хотят Немцов, Рыжков, Милов и так далее», Путин заявил, что оппозиционеры хотят «денег и власти». «В свое время они поураганили, в 90-х, утащили вместе с березовскими и теми, кто сейчас находится в местах лишения свободы, о которых мы сегодня вспоминали, немало миллиардов. Их от кормушки оттащили, они поиздержались, хочется вернуться и пополнить свои карманы», — сказал премьер. Вчера, 23 декабря, оппозиционеры подали на Путина в суд иск о защите чести и достоинства.
В прошлом году Медведеву тоже задали вопрос про оппозиционеров, однако тогда он ответил менее комплиментарно: «Вы знаете, так называемая внесистемная оппозиция, она потому и внесистемная, что она себя внутри политической системы не видит». «Они тоже, наверное, отражают чьи-то предпочтения, правда, я иногда затрудняюсь ответить, чьи. Но это уже вопрос внутренней оценки, не хотел бы никого обижать», — добавил президент в 2009 году.
Позиция Медведева отличается от путинской и от собственной прошлогодней, но дело в первую очередь в стиле политика, речи о расколе нет, трактует политолог Дмитрий Орешкин.
Медведев при общении с главами каналов говорил корректно, а Путин при общении с народом — как популист, поясняет эксперт: «У Медведева в принципе другая стилистика, он другого типа человек, ведь не было ни соленых вопросов, ни словечек каких-то, дешевого популизма».
«У них так было с самого начала. Путин говорил, что госкорпорациями должны управлять чиновники, а Медведев предлагал нанимать независимых менеджеров. В итоге есть и то и то», — отмечает эксперт.
Путин «произнес стопроцентную ложь» в адрес оппозиции, Медведев сказал «очевидное»: «у нас есть парламент, который не место для дискуссий, а политика делается на улице». «И Медведев, как выяснилось, хорошо знает эту нишу», — отмечает Немцов.
В то, что позиция президента избавит оппозицию от преследований, оппозиционеры не верят. «Если бы он сказал руководителям трёх главных каналов, мол, «чёрные списки» надо ликвидировать и этих, как он назвал нас, «публичных политиков» надо показывать — тогда это был бы позитивный сигнал», — скептичен экс-премьер Михаил Касьянов.
Медведев говорил также о тех темах, которые уже поднимал в своем блоге накануне оглашения послания парламенту: развитии демократии, партиях и застое. «Никто не отменяет митинги и пикеты, — сказал президент, поясняя действия милиции при разгоне митинга на Манежной площади. — Но надо получать разрешения. Политика должна принимать другое измерение — ответственности».
Это касается и правящей партии, той, что «забронзовела», продолжил президент.
«Единая Россия» (ее лидером является Путин — «Газета.Ru») должна не просто царствовать, она должна проявлять ум и силу. А коррумпированных (членов партии) — задвигать назад и наказывать. Не надо упиваться достижениями. Одной стабильностью развиваться нельзя, должен быть драйв, намерение преодолевать себя, — сказал президент. — Кто считает, что у нас все хорошо, должен остаться в Куршевеле».
Отвечая на вопрос, сложно ли искать кандидатов в губернаторы, Медведев попросил глав регионов не задерживаться в своем кресле дольше трех сроков: «Любой губернатор должен понимать, что у него есть два, максимум три срока, чтобы изменить жизнь людей в своем регионе. Надо давать дорогу молодым и больше думать о том, что думают о тебе люди. Если у губернатора есть так называемый антирейтинг, то он не должен переназначаться».
Интервьюеры замолчали. «Возникла пауза», — пошутил Медведев. «Да нет», — расслабились гендиректоры и спросили про посещение Южных Курил. «Это они напряглись», — отшутился президент, имея в виду японцев.
Тогда вопрос решил задать сам Медведев — «пользуясь случаем». Он отметил, что телевидение не раз критиковали за то, что они «фильтруют информацию и не дают правды».
«Хотя у нас прекрасное телевидение, новостная лента у нас убогая», — упрекнул телевизионщиков Медведев.
Первым стал отвечать Кулистиков. «Я всегда был свободен, когда работал в СМИ», — уверил глава НТВ президента. Медведев смотрел на него с видимым недоверием. «Есть редакционная политика, и она может обсуждаться, но это не вопрос свободы», — добавил Кулистиков. Эрнст сказал: свобода на телевидение ограничена субъективностью тех людей, которые его делают. «Но я понимаю характер претензий», — добавил он.
«Уровень свободы всегда соответствует времени. Сейчас один из самых высоких уровней свободы за всю историю телевидения», — дал свою оценку Добродеев.
Рассуждения глав телеканалов не до конца удовлетворили президента. «На мой взгляд, правы вы все, и это ваша авторская позиция, — улыбаясь, сказал Медведев. — Чего, на мой взгляд, не должно быть, так это пропасти между перечнем важных событий, которые формируются в жизни, и перечнем тех событий, которые показывают новости. Здесь могут быть разные оценки».
«Сами каналы должны давать приоритеты — что важнее, что менее важно. Но повестка дня, перечень новостных событий не должен иметь драматического разрыва с интернетом и другими средствами массовой информации. А на мой взгляд, именно так это сегодня и выглядит», — сделал телевизионщикам выговор Медведев. Те насупились.
Имени Путина во время телеобщения Медведев ни разу не назвал. Социологический тренд в сторону большей самостоятельности президента, которого изначально россияне считали только проводником путинской линии, есть, но он не позволяет говорить о том, что все изменилось коренным образом, делает вывод замдиректора Левада-центра Алексей Гражданкин. На вопрос, ведет ли Медведев самостоятельную политику, ответы населения в опросе центра за ноябрь были такими: 18% считают, что он в точности продолжает политику Путина, 53% ответили, что в основном продолжает, 18% говорят, что Медведев постепенно меняет курс и 4% считают, что президент ведет совершенно другую политику. Год назад распределение ответов было: 21% (полностью продолжает политику Путина), 55% (в основном продолжает), 14% видели изменения и 3% говорили о принципиально другом курсе.
