Цивилизация
- Вы остались довольны вашим диалогом с Владимиром Путиным в субботу?
- Я пытался сказать, а потом и спросить о наболевшем, о том, что волнует многих. Но вы за этим шорохом действительно забыли о важном — о том, что был замечательный концерт для детишек. Уже пятый год мы поддерживаем фонд «Подари жизнь». Я начал-то беседу с чего? С того, что заявил: «Вот вы, Владимир Владимирович, видите зачатки гражданского общества, видите людей, актеров, музыкантов, врачей, бизнесменов, которые не равнодушны к судьбе больных детей». Я поставил своих коллег в пример.
Моя любимая поговорка – «профессионалы построили «Титаник», а любитель построил Ноев ковчег». «Любитель» от слова «любовь». Понимаете, в правительстве считают себя профессионалами: там все такие рациональные, жесткие, у них цифры, туда деньги, сюда деньги. А мы, гражданское общество, — «любители». Пусть мы не так владеем цифрами, но мы любим нашу Родину, Россию, и видим то, чего профессионал не видит, — может быть, не считает главным. А любитель – он чует сердцем.
Вот о чем я пытался сказать: нельзя общественные силы так душить, иначе Россия пропадет. Надо не надеяться — надо работать и говорить.
- Со стороны реакция премьера показалась довольно жесткой...
- Ну а какое человеческое понимание можно найти за полчаса? Вы знаете, я его даже и не искал. Я повторюсь:
для кого-то Путин бог, для кого-то черт — для меня он чиновник высшего ранга. Я как гражданин страны имею право задать вопросы, которые меня волнуют, — и я их задал. Правда, не все.
И не все показали по «Первому» и другим телеканалам, но, с другой стороны, к этому мы с вами тоже готовы.
Конечно, его замечания о больницах и дачниках были немножко смешны. Я хотел сказать, просто мне не дали: любой кортеж любого бюрократа высшего ранга перекрывает вообще всю жизнь в городе — и больные ко врачам не попадают, и «скорые помощи» стоят в пробке, и дачники к своим огородам не пробиваются.
И это ежедневно в Москве и иногда у нас, в Питере. Это все было с его стороны голословно.
- Пресс-секретарь Дмитрий Песков на следующий день уточнил слова Путина по поводу разрешенных акций — заметил, что те, кто считают, что оппозиция получила карт-бланш на проведение своих акций, впадают в «неуместную экзальтацию».
- Мне кажется, Путин как раз разрешил несогласным выступать. Я этого действительно добивался, и такие слова были произнесены. И теперь мы с вами увидим, чего они стоят, эти слова. А то, что секретари его говорят, — они пытаются, может быть, выправить положение, но Путин ответил четко на четко поставленный вопрос.
- Действительно ли пытались с вами согласовать темы, которые будут обсуждаться с премьером? С кем из Белого дома вы говорили накануне?
- Он представился, конечно, но что я, буду запоминать эти фамилии? Вежливо очень просил меня не задавать острых вопросов политического характера, говорить больше о детях, предложил мне темы для обсуждения,
говорил, что премьер очень устал и не нужно его раздражать и расстраивать. Я сказал: «Я вас выслушал, я подумаю», — а потом вежливо положил трубку.
- Вы с коллегами, встречавшимися с премьером, обсуждали вашу беседу?
- Нет, не обсуждали, потом начался наш концерт.
- Вы пойдете сегодня на митинг оппозиции в Санкт-Петербурге?
- На «Марш несогласных» я хожу, когда у меня есть время на это. Сегодня я только поддерживаю ребят — дай им бог здоровья, чтобы у них все прошло, как они желают.
- Спасибо за Ваши ответы.
