Цивилизация
Есть что-то безусловно символичное в том, что пародийный ремейк «Семнадцати мгновений весны» снял человек по имени Марюс Балчунас-Вайсберг. Режиссер, закончивший калифорнийскую киношколу, у нас называет себя Вайсберг (продюсер «Боя с тенью-2»), а в Голливуде — Балчунас (там он спродюсировал и снял несколько картин). Конечно, говорить, что «Гитлер капут» — пародия на советскую сагу Лиозновой, некоторое лукавство.
Это пародия не столько на конкретный фильм, сколько на абстрактный романтический миф о советском разведчике.
Гражданин СССР Александр Исаевич (вряд ли случайное совпадение) Осечкин (Деревянко) днем в качестве оберштурмбанфюрера клюет носом над письменным столом, сопровождаемый косыми взглядами Мюллера (Гальцев), влюбленными Бормана (Стоянов) и аккомпанементом Шнура «Тебе повезло, ты такой, как все, ты работаешь в офисе...» Вечером шпион зажигает на рейховском корпоративе и лидирует в «чемпионате по хайль-Гитлеру». Потом устраивает пьяную драку и, ползая по полу, получив кулаком в глаз, ностальгически тянет: «Блин, хорошо-то как...» Ночью он слоняется по квартире, сплошь оборудованной тайными комнатами: в одной — выращиваются березки и нарочито пластмассовые помидорчики, и даже имеется дверь в родные просторы, к стогам и унылой русской равнине; а в другой — банька.
В шкатулке припрятан соленый огурец.
Казалось бы, в этой заполненной под завязку жизни нет места для женщины. Не тут-то было: «Разведчик без шифровок — как одноклассники без «точки ру», — заявляет суровый голос за кадром, и Анна Семенович в амплуа радистки Зины сваливается прямиком с неба. Правда, профессиональные отношения, еще не успев начаться, перерастают в личные и развиваются так стремительно, что вскоре Зина в бигуди буднично бродит по дому кавалера и нудит, что пора идти спать, в то время как Осечкин мочит нежданного посетителя.
Режиссер Вайсберг говорит, что снял что-то вроде отечественной версии «Голого пистолета».
Между тем, на премьере наблюдалось довольно оживленное движение. Если первые полчаса люди продолжали входить посреди фильма, то потом потянулись к выходу, и обратно большинство из них не возвращалось. Вообще-то, это довольно любопытная проблема: почему у нас никак не получается нормальная гэговая пародийная комедия. «Гитлер капут», как и «Самый лучший фильм», ближе к «Знакомству со спартанцами» и «Супергеройскому кино» — вторичным трэшовым опусам от очередных сценаристов (а их там с десяток) «Очень страшного кино», чем к пародийной американской классике.
Возможно, дело в том, что пародия — как авангард.
Чтобы рисовать цветные квадраты (точнее, чтобы квадраты эти имели художественную ценность), необходимо владеть навыками живописца, пониманием основ перспективы и прочими сугубо профессиональными знаниями. Точно так же, чтобы снимать пародию, нужно хорошо чувствовать кино. А пока, с этой точки зрения, наши жанровые эксперименты классифицируются как тот самый «ужас-ужас-ужас».
По-своему «Гитлер капут» довольно увлекательное мероприятие: сродни чтению светских сплетен о свадьбе Галкина и Пугачевой или посещению какой-нибудь модной презентации. Здесь можно поглазеть на нашу шоу-бизнес тусовку — вот Тимати появляется ни к селу ни к городу в мало отличающейся от его повседневного облика роли американского шпиона «50 бундес шиллингов», вот Ксения Собачак-Ева Браун стервится и просит Гитлера свозить ее в Дубаи, вот Анфиса Чехова — дикторша из телевизора — делает неприличные жесты.
Ну и, разумеется, Анна Семенович, глядя на которую, возникает вопрос не то что о возможности совмещения спорта со столь объемными формами, а как вообще несчастная девушка держится на ногах и не заваливается носом на асфальт.
При этом «Гитлер капут» не работает и как набор анекдотов. Потому что даже анекдот подразумевает логику повествования, кульминацию и катарсис. Здесь же невнятный сюжет, и нет в помине катарсиса, ведь каждый кадр, каждая реплика задуманы как смешные. Количество шуток на погонный метр пленки таково, что если бы все они были удачные, зрителя ждала бы мучительная кончина от хохота. Впрочем, нет повода для волнений, с «Гитлер капут» эта участь никому не грозит.
