Нищета и лимузины, жирующие партийные чиновники и забитые крестьяне. Коррупция, крах пенсионной системы и бесплатного здравоохранения, толпы безработных, загаженная экология, циничная внешняя политика, партия одна на всех и забытые планы поворота рек на Север. О России калифорнийский профессор, когда писал, даже и не думал. Во всяком случае, мы в списке будущих конфликтующих с Китаем сторон не фигурируем. США, страны Ближнего Востока, Тайвань, Япония, Корея и даже Вьетнам в этих списках есть. А России нет. Есть тревога американца по поводу нашего альянса с Китаем в поставках нефти и оружия. А больше ничего.
Зато и подозрения о каком-то специальном подборе информации для просвещения российских политиков и рядовых граждан оказываются абсолютно беспочвенными. Ну кто там, в Калифорнии, слышал о последнем аргументе в споре российских либералов и суверенных демократов:
«Вот в Китае нет американской демократии, а каковы успехи в размерах ВВП и борьбе с коррупцией!». На что наши либералы обычно только мычат: «Все не так просто».
В книжке Наварро подробно описано и насчет успехов, и насчет «не просто». Не для агитки и пропаганды, а в смысле экономических основ будущих китайских катастроф. Профессор Наварро — экономист.
Суверенная же демократия, она и в Китае суверенная. Со всеми вытекающими в книгу профессора статистикой и фактами. То, что казалось, то и оказалось. Кроме как разрезом глаз, мы по жизни мало чем от китайцев отличаемся. Как пелось при Сталине: «Москва — Пекин, Москва — Пекин — идут, идут народы». Народам далеко ходить не надо. Потому что ничего нового ни для китайцев в России, ни для русских в Китае нет.
Пишет ли Наварро о вымирающей деревне провинции Хэбей, жителей которой довели до нищеты поборами чиновники местной администрации, или о судьбе заболевшей китаянки Ча, которую обобрали врачи народной больницы № 3, предварительно разворовав госсубсидии на бесплатное лечение, а все видишь родную районную поликлинику или деревеньку в Тверской губернии.
Ну кто скажет, что это написано не о жителях Московского Бутова: «Их земельные наделы были изъяты для строительства…, а сумма компенсации оказалась смехотворной, даже по оценке местных чиновников».
Или о положении рабочих-мигрантов, приехавших из провинции в крупные города: «…работают более 8 часов в день, без выходных и отпусков по болезни… крайне низкая оплата труда… система штрафов и увольнений». И самое родное: «Местные власти делают вид, что не замечают этих нарушений, либо получая взятки, либо ставя интересы предпринимателей выше интересов рабочих».
Мы, конечно, евразийцы. То есть кое-что от Европы у нас еще остается — маленькая пресса, Комитет солдатских матерей, Страсбургский суд, запрещенные партии. У китайцев нет и этого. И пожаловаться им некому. Во всем остальном, чтобы понять азиатских братьев, нам даже китайский учить не надо. Разве самую малость.
Слова там другие, а понятия за ними общие. Как будто специально для нас Наварро приводит словарик общения с китайскими чиновниками.
Например:
Шоу-юй — прямой платеж в обмен на оказание услуги (взятка).
Тань-ву — кража бюджетных средств путем искажения бухгалтерской документации.
Ицзянь моуси — предоставление чиновником неоправданных привилегий друзьям и родственникам.
Самое же главное слово в современном китайском — оно нам вообще как родное. Это слово чанцзы — «стиль ведения бизнеса, основанный на знании нужных людей в нужных местах».
Из всех грядущих экологических, экономических, энергетических и прочих войн Китая самыми опасными для окружающих стран и самой Поднебесной Наварро считает гражданские войны доведенных до ручки китайцев с богатеющими предпринимателями и коррумпированными чиновниками. Основания — растущее число гражданских выступлений. Уже сегодня они достигают 100 тысяч в год. Катастрофическое для России количество объясняется не только общим демографическим раскладом, но и реально бедственным положением населения. Армия китайских безработных равна двум третям жителей России — 100 миллионов человек. Средняя зарплата рабочего — 120 долларов в месяц (и ее еще надо получить). Крестьянин зарабатывает около 350 долларов в год, а налогов должен заплатить 400.
При этом 1% китайцев владеет 40% национальных богатств, приобретенных путем подкупа и коррупции.
«Гражданские конфликты» в Китае начинаются по знакомому сценарию. Предпринимательскую «Тойоту» поцарапал студент на велосипеде, охранники босса выскочили из машины и принялись мочить бедолагу. Пожилые крестьянки, у которых с помощью чиновников инвесторы «законным образом» отобрали землю, перегородили дорогу и их стали дубинками разгонять полицейские. А в другом месте богатый чиновник администрации ударил уличного носильщика.
Только пока в России в этих конфликтах пенсионерки и студенты утираются. В Китае же во всех трех случаях к месту разборки ломанулись толпы от десяти до тридцати тысяч человек. «Решать вопрос» приходится китайскому ОМОНу и войскам.
Нельзя сказать, что Коммунистическая партия Китая не пытается переломить ситуацию. Делает она это как и во всяком суверенном демократическом государстве. Например, в текущем пятилетнем плане КПК намерена для ликвидации нищеты в сельской местности… ввести налог на палочки для еды. С учетом того, что каждый год китайцы используют 45 млрд пар палочек, мера правильная, иначе всей древесины Сибири едокам хватит лет на десять. Но с учетом того, что четверть поступающих от налогов в казну средств разворовывается, от таких мер до всеобщего гражданского возмущения один только шаг.
Принято в оправдание покорности и терпения китайцев ссылаться на их конфуцианский менталитет. Наварро же напоминает о менее известной культурной традиции Китая, идущей от философа Мен-цзы. По этой традиции, если властитель не справляется с возложенной на него Богом задачей заботы о подданных, люди просто обязаны против него восстать.
Книга усиленно рекомендуется для постоянного чтения администрации президента, членам «Единой России» и всем прочим «Нашим» и «Вашим».
Питер Наварро. «Грядущие войны Китая. Поле битвы и цена победы». М.: «Вершина», 2007.
