Сегодня в Россию вернется отозванный белорусский посол, объявлено о согласовании условий, на которых Белоруссии будет выдан кредит для расчетов с «Газпромом». После череды демаршей белорусский президент демонстрирует конструктивность. Скандальный разворот истории газовой блокады окончательно утвердил новое место и роль белорусского президента в российской политике.
Приносившее немалый доход амплуа отца-собирателя потеряло всякую актуальность. Такой Лукашенко уже не пользуется спросом в России и, соответственно, не может этот спрос превращать в наличные. Постепенное выхолащивание эмоционального содержания объединителя началось сразу после избрания президентом Владимира Путина, который изначально не был никому должен за «беловежский сговор». Под самые думские выборы процедура вытравливания Лукашенко начала набирать ход. Его заставили публично признаться в неготовности вводить российский рубль и согласиться на переговоры по цене на газ. Ценность согласия письменного или тем более устного никого в заблуждение не вводит, но после сочинской встречи вид главного интегратора изрядно поистрепался.
~ Используя слабость поддержки первого президента России, Лукашенко узурпировал роль патриотического лидера, собиравшего державные, националистические и социально-ностальгические настроения. В свою очередь, российская власть использовала Лукашенко для расширения своей поддержки внутри страны: Лукашенко был посланием, которое российская власть отправляла своим державникам, нашим патриотическим проектом. Послание, впрочем, было недешевым.
По мере того как улучшалось положение с всенародной поддержкой, надобность в патриотическом друге снижалась. Отчего белорусский президент и регулярно претерпевал, соглашаясь на пересмотр условий сотрудничества. После же арестов и эмиграции владельцев ЮКОСа возник дефицит поддержки в либерально настроенных кругах. Не важно даже, насколько значительным и чувствительным был этот дефицит, но очевидно, что требовались усилия по его компенсации. В результате белорусского «батьку» словно вывернули наизнанку — он превратился из кнута для патриотов в пряник для либералов.
То есть если раньше власти с Лукашенкой дружили, чтобы завоевать снисхождение социал-патриотов, то теперь его секут, чтобы проявить себя с либеральной стороны.
Отлуп Лукашенке стал важным либеральным ритуалом, сигналом и мессиджем загрустившей от закручивания гаек общественности.
В принципе, поучительные возможности Лукашенки не исчерпаны. Ведь если от России модернизируемой его режим поотстал, то относительно развертывания системы предсказуемой демократии продвинулся далеко вперед. Что позволяет наглядно продемонстрировать сильные и слабые стороны этой системы. У него просто нет нефти, а поддержка населения и парламент есть.