Россия — страна внутренней эмиграции. Граждане эмигрируют в частную жизнь, погружаются в дауншифтинг, изучают основы буддизма или просто «тупят» в телевизор, уже не различая тайных манипулятивных кодов и смыслов (тем более что смыслов там и так нет). Однако существует общественный слой, который условно, накладывая западную социальную сетку, можно было бы назвать высшим средним классом. Одна из его типичных стратегий — вывоз семьи и готовность к моментальному выводу бизнеса (если таковой имеется) за границу. Зарабатывать в России, а жить там. Не дают зарабатывать — спустя секунду оказываешься, как Чичваркин, в Лондоне.
Возможно, это непатриотично, однако весьма прагматично — с учетом вынужденного существования внутри режима силовой бюрократии. (Поблагодарим за определение Михаила Ходорковского (признан в РФ иностранным агентом и внесен в список террористов и экстремистов), который оказался одним из немногих, кто не воспользовался «стратегией выхода», exit strategy, то есть эмиграцией, хотя его арест стимулировал чемоданные настроения у сверхкрупных, крупных, средних и малых предпринимателей.)
Начальники земли русской, которые после вторичной, силовой и бюрократической «приватизации» стали еще и хозяевами земли русской, прекрасно знают себя, любимых, и нравы своей тусовки. Поэтому у них все уже давно на всякий случай эвакуировано. Особенно жены, дети и счета. Главное же, понятно, дети — для них и живем. Поэтому
то, где дети учатся, где они проживают, где отдыхают, — главный критерий доверия или недоверия начальников к своей стране.
На примере Юрия Лужкова можно проследить такую классическую exit strategy. Чем ближе был плановый отход на заранее подготовленные позиции, тем милее сердцу мэра становилась Австрия. А когда потеря всех и всяческих позиций состоялась раньше срока, Лужков быстро и без проблем эвакуировал дочерей в город русской славы — Лондон. Шаг, заслуживающий всяческого внимания, ибо ему-то виднее. Зная нравы своих коллег, с которыми он много лет строил современный российский политический режим и подгонял под себя и товарищей рыночный капитализм, Юрий Михайлович счел за благо воспользоваться аварийным выходом. То есть один из творцов режима от этого же режима и сбежал.
Во всем этом есть элемент аффектации, потому что лично Лужкова и его супругу Елену никто не собирается высылать на какой-нибудь русский остров Святой Елены. Все-таки мэр — не Наполеон, хотя у него и состоялось свое Ватерлоо. И уже тем более не Ходорковский. Но, согласимся с мэром, так спокойнее. В нашей стране риски надо тщательно хеджировать…
Эвакуация детей стала способом мелкой, но колкой дискредитации Дмитрия Медведева — не от Путина же прячет дочерей Лужков, а от обидчика-президента. То есть получается, что отомстить может именно глава государства, а не какая-нибудь там антилужковская мафия. Но это, скорее, пиар-составляющая, не имеющая отношения к действительности. Главный мотив все-таки в том, что Юрий Михайлович желает своим детям добра. И потому прощай, отмытая Россия!
Российскому же народу-богоносцу, именем которого восстанавливались «стабильность» и «управляемость», но у которого нет возможности эвакуировать детей, а счет в банке не превышает цены нескольких билетов на электричку, остается жить здесь.
От персонажей с битами, Големами, созданными при попустительстве власти, руководители защищены охраной. От пробок — результата менеджемента ушедшей московской власти — феодальным правом преимущественного проезда. От крупных неприятностей — переворотов, отъема бизнеса, опалы — застрахованы методом эвакуации. Не случайно Лужков почти на рефлекторном уровне «при пожаре» эвакуировался в Австрию — просто сработала сигнальная система. Управляемые же в отличие от управляющих не защищены от активности эвакуационной элиты, для которой их страна — полигон для зарабатывания денег и разжигания костров амбиций. И не обладают стратегиями выхода. И за детей, что самое ужасное, неспокойно.
Страна, в которой элита эвакуирует самое дорогое — детей, точно не имеет перспектив. Потому что отношение к потомству — безукоризненный измеритель состояния дел в России. Пока остается желание спрятать детей за границей, обучить их за границей, оставить их за границей — можно не обращать внимания на бодрый тон новогодних поздравлений президента и показатели ВВП.
Индикатор стратегии выхода лучше других параметров сигнализирует о душевном дисбалансе — самом губительном дисбалансе из всех, включая бюджетный. Элита, которая не верит в то, что ее детям будет комфортно и интересно жить в России, подписывает приговор той самой системе, где она достигла социальных и статусных вершин. В конце концов, Рублевка и заборы закрытых жилых анклавов — это тоже не вполне Россия, а зоны эмиграции. Только надежнее эмигрировать за пределы Родины — там меньше шансов встретиться у входа в собственный офис или дом с людьми в масках и получить по голове бейсбольной битой. Там проще начать и вести бизнес (что наши граждане из числа предприимчивых с блеском и демонстрируют), а биту действительно можно увидеть, но только на большом расстоянии и во время настоящего бейсбольного матча.
А уж людям уровня и биографии Лужкова дочерей и дочерние общества и впрямь лучше содержать в западной части Лондона, чем в центре Москвы. Но бог с ним, с Лужковым, — за державу обидно…
