Цивилизация
Для рейтинга Владимира Путина настали хорошие времена, ему теперь только расти и крепнуть. Эффект «хромой утки» не для России. По всем социологическим опросам, доверие граждан к Путину растет, хотя никаких принципиальных прорывов на ниве оказания населению административных услуг не произошло. Впрочем, текущие дела уже не должны оказывать существенного воздействия на рейтинг. Это такая особенность предвыборного периода: главу государства начинают сравнивать не с идеальным образом президента, а с имеющимися альтернативами. На их фоне Владимир Путин, и правда, выглядит уверенней некуда. Чем ближе к выборам, тем сильнее будет этот эффект. Усердным использованием PR-технологий в помощь соискателям тут не поможешь: невозможно за несколько месяцев превзойти дело многих лет.
Впрочем, не имеющиеся в наличии преемники создают столь выгодный фон для действующего президента. Граждан пугает неизвестность, неопределенность, грозящая наступить сразу после весны 2008 года. Никакими масштабными государственными программами, рассчитанными чуть ли не на полвека вперед, эту тревогу не унять. Человек верит человеку, а не бумажке, устная речь нас до сих пор весомей документа, особенно если слова произносит авторитетный человек, а происхождение документа сомнительно. Как в начале 90-х годов миллионы людей верили на слово Борису Ельцину о том, что переход к рыночной экономике будет плавным и сравнительно безболезненным, так и сегодня граждане убеждены в том, что без Путина стабильности толком и не будет.
Самое интересное тут — происхождение массовой уверенности в неизбежном наступлении постпутинской смуты. Может быть, дело в нарастающем обострении отношений с внешним миром — чем дальше, тем хуже у нас ладятся дела и с ближними, и с дальними соседями.
Но более весомым фактором представляется сформировавшееся ощущение отсутствия приемлемых альтернатив.
Понятно, что граждане в массе своей не видят адекватной замены Владимиру Путину и не представляют себе, что президент может работать как-то иначе. Но ведь это относится и к другим членам руководства страны и возглавляемым ими институтам. Согласно данным Левада-центра, на 17% (с 25% в 2005-м до 42% в 2007-м) выросла доля тех, кто одобряет деятельность правительства Михаила Фрадова. Еще больше вырос личный рейтинг премьера — с 28% до 48%. И не сказать, что кабинет министров стал работать эффективнее, чем пару лет назад, или в положении населения произошли позитивные изменения, вызванные энергичными действиями правительственных чиновников. Рост рейтинга обитателей Белого дома связан с тем, что никого другого на их месте уже представить нельзя. Менять премьера и его министров не на кого и, по общему размышлению, незачем. Инициатива одной из политических партий с формированием теневого кабинета была встречена иронически, и не только потому, что партия незначительна, а оттого, что кабинет может быть только один и без всяких теней. В сравнении действующего правительства с пустотой за явным преимуществом побеждает Белый дом. Растет доверие к переназначенным главам исполнительной власти субъектов федерации.
Если бы не выборы в Госдуму, то, возможно, эффект безальтернативного доверия мог бы сказаться и на отношении к депутатам.
Возможно, парламентские выборы с сопутствующей долей неопределенности — та доля хаоса, с которой готовы смириться граждане.
Ситуация выбора «либо мы, либо мерзость запустения» не просто выгодна действующему руководству, она может стать базой для определения стратегического курса. В конце концов, это уже вопрос не текущей политики, а государственного строительства: уход из власти выглядит сдачей страны, а сторонняя претензия на власть — покушением на государство. Самоощущение короля Франции Людовика XIV становится в этом случае массовой фобией высокопоставленных государственных служащих.
Ощущение безальтернативности, возможно, имеет ряд преимуществ, однако есть и один весомый недостаток — постепенную и неуклонную утрату адекватности управленческого персонала.
Впрочем, на фоне неизбежного хаоса проявления этой неадекватности до поры до времени могут выглядеть сущими пустяками.
