Подписывайтесь на Газету.Ru в Telegram Публикуем там только самое важное и интересное!
Новые комментарии +

Почему контрнаступление ВСУ сразу пошло не по плану

Полковник Ходаренок: для нового контрнаступления ВСУ нужно 1500 танков М1 Abrams

4 октября исполняется ровно четыре месяца со дня начала украинского «контрнаступа». То, что наступательная операция ВСУ закончилась практически ничем, факт уже общеизвестный. С причинами неудач контрнаступления разбирался военный обозреватель «Газеты.Ru» Михаил Ходаренок.

За четыре месяца практически непрерывных наступательных боевых действий Вооруженным силам Украины удалось разве что незначительно вклиниться в оборону российских войск. Никакого оперативно-стратегического значения подобные достижения, разумеется, не имеют. И совершенно очевидно, что далеко не эти цели ставило перед собой руководство ВСУ в ходе разработки плана наступательной операции.

Что планировали в ВСУ

О намерениях украинского командования сегодня можно судить только предположительно. Если план наступательной операции ВСУ и станет когда-либо известным, то произойдет это весьма и весьма нескоро.

Нельзя исключать, что в оперативных директивах ВСУ, которые отрабатывались до 4 июня этого года, цели операции звучали бы примерно следующим образом:

«конфигурация линии боевого соприкосновения, укомплектованность соединений и частей противника позволяет сделать вывод о том, что наиболее целесообразно нанести:

— главный удар – в направлении Токмак-Мелитополь, тем самым рассечь силы противника, выйти на побережье Азовского моря и разгромить противника по частям;
— другой удар нанести в полосе Сватово-Червонопоповка в общем направлении на Луганск;
— еще один удар – в полосе Первомайское-Марьинка в общем направлении на Донецк».

Ближайшая задача ВСУ на Запорожском направлении, по всей видимости, заключалась в овладении рубежом Токмак-Черниговка-Каменка, дальнейшая – в выходе на рубеж Мелитополь-Бердянск-Мариуполь и на административные границы Крыма.

На Луганском направлении, скорее всего, планировалось в качестве ближайшей задачи овладеть городами Лисичанск и Северодонецк, затем выйти на подступы к Луганску и в ходе короткого по продолжительности штурма взять город.

На Донецком направлении предполагалось овладеть столицей Донбасса и выйти на административные границы области.

В целом, можно не сомневаться, в штабах ВСУ планировался самый решительный разгром частей и соединений Вооруженных сил РФ. Есть все основания предполагать, что по завершении успешной кампании в Киеве планировали парад победы (наверняка все процедуры были заблаговременно разработаны).

Однако на практике для Вооруженных сил Украины все с самого начала пошло не так. И в конечном итоге ВСУ увязли в затяжных и кровопролитных боях в районе Работино-Вербовое и даже не приблизились к границам городской черты Бахмута. Словом, результаты «контрнаступа» можно оценить как более чем скромные.

Почему операция провалилась

Нет сомнений в том, что в прошлом году после отхода частей и соединений ВС РФ из-под Киева, Сум, Чернигова, последующего за ним оставления острова Змеиный, отступления с херсонского плацдарма и неудачи в сентябре в ходе Харьковской операции, военно-политическое руководство в Киеве впало в некоторую эйфорию.

Противник для ВСУ казался уже не таким грозным, как ранее. И возможность «побить врага одной левой» представлялась тогда для руководства Украины более чем реальной.

Настроение политиков и военных в Киеве находило отражение в высказываниях представителей украинского экспертного сообщества (Арестович, Свитан, Жданов, Березовец и др.), в которых расписывалось безусловное превосходство ВСУ над ВС РФ, низкий уровень боеспособности и боеготовности российских частей и соединений, факты «морального разложения» бойцов и командиров.

Без всякого преувеличения, уровень украинского хвастовства перед «контрнаступом» просто зашкаливал. Пожалуй, никто ранее не додумывался снимать рекламные ролики перед наступательной операцией, а вот в Киеве эту идею реализовали.

На основе подобных настроений и было решено переходить в наступление без превосходства в воздухе, отсутствия армейской авиации, недостаточного оснащения инженерных войск.

Наверное, если бы ВСУ начали масштабные наступательные действия сразу после удачной для них Харьковской операции, то, вполне возможно, они добились бы более значимых результатов. Как известно, в ходе вооруженной борьбы время имеет совершенно другие измерения. Как говорили древние, одна минута решает успех баталии, один час – успех кампании, один день решает судьбу империи.

Однако переход ВСУ к масштабным наступательным действиям сразу после харьковского афронта российских частей и соединений в сентябре 2022 года оказался по ряду совершенно объективных причин просто невозможным.

Для этого было недостаточно ни сил, ни средств, ни имеющихся в распоряжении украинского командования материальных ресурсов, в первую очередь боеприпасов, горючего и смазочных материалов, продовольствия. Самое главное – не было в достаточном количестве вооружения и военной техники западного производства, которая по большинству категорий и позиций еще только начинала поступать в ВСУ, да к тому же в крайне ограниченных количествах.

По этим причинам каких-либо активных боевых действий оперативно-стратегического размаха ВСУ до начала лета 2023 года не предпринимали, а занимались подготовкой войск и накоплением запасов материальных средств. Когда будет писаться история этого вооруженного конфликта, наверняка упущенное украинским руководством (да и, скорее всего, коллективным Западом) время будет рассматриваться одной из главных причин последующих неудач ВСУ. Как говорил Александр Суворов, «фортуна имеет глаза на затылке, власы короткие, полет ее молниеносен: упустишь раз — не поймаешь».

И наоборот, за этот весьма длительный период ВС РФ за счет частичной мобилизации доукомплектовали и привели в порядок свои части и соединения, подготовили необходимые резервы, в полном объеме осуществили фортификационное оборудование полос обороны и создали практически неприступную систему инженерных заграждений (СИЗ).

Одна из самых больших неприятностей и неожиданностей для ВСУ — это именно СИЗ. Как известно, она представляет собой совокупность заграждений и разрушений, устраиваемых в сочетании с естественными препятствиями и в тесной увязке с системами оборонительных рубежей, огневого поражения и планируемым маневром войск. Самым парализующим образом на наступающие подразделения и части ВСУ воздействовали минно-взрывные заграждения российской армии (составляющие основу СИЗ).

Сил и средств у украинской армии, чтобы успешно прорвать таким образом подготовленную оборону российской армии, не оказалось. Для этого надо было, как минимум, выиграть битву за эфир (то есть дезорганизовать средствами РЭБ систему управления войсками и оружием противника), завоевать господство в воздухе и иметь над противником общее огневое превосходство.

Наступать без всего этого – чистая авантюра.

Кроме того, как ранее писала «Газета.Ru», украинские военные нарушили практически все классические условия нанесения контрудара.

Наносить их выгодно, когда противник (то есть ВС РФ в данном случае) в результате упорной обороны и контратак по нему уже понес значительные потери и дезорганизован: его боевые порядки расстроены, ближайшие резервы израсходованы, задержаны или скованы. Как известно, преждевременное нанесение контрудара, когда противник еще не ослаблен (а части и соединения ВС РФ на данном этапе совсем не ослаблены), не может привести к решительному результату.

Важные условия проведения успешного контрудара («контрнаступа» в украинской трактовке) — скрытность его подготовки (а в Киеве информация о предстоящем контрударе звучала из каждого утюга), внезапность нанесения (никакой внезапности не было), надежное огневое поражение противника (и это не было проведено в полном объеме), а также осуществление мер по защите выдвигающихся и развертывающихся войск от ударов авиации противника (как раз эти удары по ВСУ сейчас осуществляются с завидной регулярностью).

А самое главное условие — превосходство в воздухе (хотя бы на время и хотя бы в полосе нанесения контрудара) и все-таки желательно иметь общее огневое превосходство над противником.

Словом, в ходе своего «контрнаступа» Вооруженные силы Украины решительно все сделали вопреки азбуке оперативного искусства. Но виновата в этом впоследствии оказалось, как считают политики и военные в Киеве, НАТО.

Что дальше?

Возникает вполне естественный вопрос – какие действия предпримут ВСУ после окончательного исчерпания своих наступательных возможностей (а этот момент, похоже, уже не за горами). Ранее секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Алексей Данилов заявлял, что «мы не будем ограничиваться временем, будем сражаться, сколько потребуется».

К этому заявлению украинский политик забыл прибавить одно важное обстоятельство: в ведении вооруженной борьбы Украина сегодня весьма и весьма сильно зависит от западной военной помощи. Коллективный Запад сегодня содержит не только Вооруженные силы Украины, но и практически все украинское государство. По сути дела, Украина ведет войну за чужой счет и к тому же даже не собирается в будущем рассчитываться за долги.

Надо прямо сказать, переходить ВСУ к очередной наступательной операции без оперативной паузы, предназначенной для восполнения потерь в личном составе, вооружении и военной технике, накопления необходимых запасов материальных средств, не представляется возможным.

Встает вполне резонный вопрос: сколько и чего для решения подобных оперативно-стратегических задач ВСУ требуется? А надо очень даже немало. Чтобы выйти на границы 1991 года, Украине надо, как минимум, нанести сокрушительное поражение Российской армии.

Для этого Киеву потребуются вооруженные силы, сопоставимые по численности и боевым возможностям с армиями Великобритании, Германии и Франции, да и не будет большим преувеличением сказать, вместе взятыми.

К примеру, для очередной наступательной операции ВСУ требуется не 15 танков М1 Abrams, а 1500. И не 24 многофункциональных истребителя F-16 (скорее всего, первая поставка будет именно в таком объеме), а 240. Также не 150 боевых машин пехоты M2 Bradley, а, как минимум, 2000.

Ведь союзникам Украины в этом случае надо практически заново воссоздавать военно-воздушные силы, армейскую и военно-транспортную авиацию этой страны, а также систему радиолокационной разведки и зенитного ракетного прикрытия. Подобных прецедентов в военной истории практически нет.

Готов ли коллективный Запад предоставить военную помощь Украине именно в таком объеме? Напомним, истребитель F-16 последней модификации стоит около $150 млн, один танк – $6-8 млн. Пока готовности со стороны союзников Украины платить именно по таким счетам не наблюдается. Да и все чаще на Западе задаются вопросом, а как гипотетически может выглядеть военная победа Украины над Россией и возможна ли она в принципе?

Иными словами, военное решение этой проблемы даже специалистам сегодня представляется далеко не очевидным. И никаких заявлений конкретного характера в этом плане со стороны представителей западного экспертного сообщества пока не наблюдается. Во всяком случае, никто ничего подобного пока так и не озвучил. Никто пока так и не обрисовал в деталях и послевоенного устройства мира после завершения военных действий.

Так что, скорее всего, после исчерпания боевых и оперативных возможностей ВСУ в этом «контрнаступе» и с наступлением осенней распутицы на фронтах наступит оперативная пауза. Но вряд ли за очередными военными приготовлениями со стороны ВСУ Российская армия будет безучастно наблюдать.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Биография автора:

Михаил Михайлович Ходаренок — военный обозреватель «Газеты.Ru», полковник в отставке.

Окончил Минское высшее инженерное зенитное ракетное училище (1976),
Военную командную академию ПВО (1986).
Командир зенитного ракетного дивизиона С-75 (1980–1983).
Заместитель командира зенитного ракетного полка (1986–1988).
Старший офицер Главного штаба Войск ПВО (1988–1992).
Офицер главного оперативного управления Генерального штаба (1992–2000).
Выпускник Военной академии Генерального штаба Вооруженных сил России (1998).
Обозреватель «Независимой газеты» (2000–2003), главный редактор газеты «Военно-промышленный курьер» (2010–2015).

Загрузка