Цивилизация
Первый вывод, который напрашивается при анализе данных, обнародованых ЦБ: объем государственного внешнего долга России продолжает сокращаться. Так, совокупная задолженность обязательств сектора государственного управления по итогам I квартала текущего года сократилась на 4,6% — до $92,9 млрд. Новый российский долг нерезидентам, по состоянию на 1 апреля, тоже уменьшился, и оценивается теперь в $38 млрд, что на 4% меньше аналогичного показателя на 1 января 2005 года.
Сократился и «старый» долг, который обычно называют долгом бывшего СССР: совокупный объем этих обязательств, принятых на себя Россией в качестве правопреемницы Советского Союза, составил на 1 апреля 2005 года $53,3 млрд (за I квартал показатель уменьшившись на 5%). Это особенно важно, если учесть, что именно эти долги составляют больше половины в структуре внешних обязательств федеральных органов управления ($91,3 млрд).
На этом оптимистичном фоне контрастом выглядят цифры, свидетельствующие о быстром росте задолженности частного сектора перед иностранными кредиторами. Так, долги российской банковской системы перед нерезидентами увеличились по итогам квартала на 6,4%, и к 1 апреля 2005 года достигли $34,6 млрд. Для сравнения, год назад этот показатель составлял немногим более $25 млрд. Нарастили долги и частные предприятия нефинансового сектора: за квартал этот показатель вырос почти на 12% до $86,1 млрд, а за год — на $28,2 млрд.
Получается, что за период, прошедший с 1 апреля 2004 года по 1 апреля 2005 года, российские негосударственные компании набрали в долг у нерезидентов почти $38 млрд.
Тенденция к увеличению совокупного национального долга благодаря частным компаниям наблюдается в России уже не первый год. В 2003 году активные заимствования российских предприятий на рынках капитала не на шутку встревожили и Минфин, и ЦБ. Тогдашний заместитель министра финансов РФ Сергей Колотухин заявил, что не все компании получают займы на выгодных условиях, и дал понять, что немаленький долг частного сектора в конце концов может стать проблемой государственного масштаба.
Логика тут простая:
государственный внешний долг и внешний долг российских компаний рассматривается как единый, поскольку если компании попадут в кризисную долговую ситуацию, то государству придется волей-неволей взять на себя часть их обязательств.
Иначе прощай и высокий кредитный рейтинг, и экономическая стабильность внутри страны: ведь среди заемщиков в инвалюте — крупнейшие национальные компании.
Именно этот факт и тревожит экспертов. «В том, что объемы долга частного сектора увеличиваются, ничего криминального нет: в конце концов, если посмотреть, сколько заимствуют наши компании по отношению к объемам национального ВВП, то получатся копейки», — отметила «Газете.Ru» главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова. По ее мнению, куда опаснее другое: то, что весь объем «свежих» заимствований приходится на десяток-другой компаний.
«Чтобы пересчитать их, хватит пальцев на руках, и это знакомые все лица. Сейчас, пока внешнеэкономическая конъюнктура благоприятна для России, эти компании вполне кредитоспобны. Но если ситуация на мировых товарных рынках изменится к худшему, то плохо придется не только этим заемщикам, но и государству, потому что ему придется помогать компаниям выплачивать долги», — считает Орлова.
Однако есть и другая сторона медали, указывают эксперты. Российские компании не стремились бы выходить с крупными заимствования на западные рынки, если бы имели возможность получить «длинные деньги» внутри страны. «Но это, учитывая неликвидность национального фондового рынка, весьма проблематично», — отмечает аналитик УК «Паллада Эссет Менеджмент» Руслан Буслов.
